Модернизация, православие, народность

Часть 1. Через тернии к модернизации
 
Что это: 42 тыщи запросов в Яндексе, любимый фетиш президента, стоит 500 млн. баксов, сделано на деньги «индивидуальных участников» и расположено в самой пробочной части Москвы? Правильно – это инновационный центр, очаг модернизации, московская школа управления Сколково.
 
Месяц назад, в бане у друзей мы видели девушку, которую все в один голос провожали в Сколково на обучение. Потом мы увидели ее в интернете, она развеивала мифы. Мы решили воспользоваться организованным этим таинственным центром днем открытых дверей и узнать все, поскольку все наше представление из одних мифов и состояло.
 
На сайте был анонсирован трансфер от панорамы Гражданской войны, что на Парке победы. Место найти было легко, нас привела к нему молодая дама, которая по-деловому опаздывала как белый кролик, смешно подпрыгивала, только вместо часов на цепочке она, избегая стилистического (а главное – репутационного!) мезальянса, размахивала, ясное дело, айпадом.
 
Мы успели ровно на второй автобус. Было заявлено, что шаттлы будут ходить с интервалом в 15 – 30 минут. Мы никуда не торопились, настроение было по-субботнему расслабленное. Но когда автобус ждет одновременно более трех человек, они начинают генерировать атмосферу сильной конкуренции, коситься друг на друга, прикидывая, кому можно упереться локтем в подбородок, а от кого лучше закрыть диафрагму портфелем. Так случилось и на этот раз. Мы успешно проборолись на сидячие места, опоздавшие заполнили проход. Постоямши минут десять, все были извещены, что со стоячими туристами автобус не поедет. Долго выпроваживали стоямших. Что мешало сопровождавшему сообщить об этом не очень распространенном в России правиле до посадки – вопрос. Возможно – игровая практика какой-то социально-ориентированной сколковской бизнес-программы.
 
Одним словом, выехали с опозданием, хотя пока еще никто никуда не торопился. Но вот потом начались странности. Подъехав к до боли знакомому по прошлой моей работе повороту на Сколковское шоссе, водитель свернул не на него, а ровно в противоположную сторону. Я понедоумевал, но резонов возмущаться не было – может, это такой путь объезда, может, кортеж президента поехал туда перед нами.
 
Короче, поехали мы в противоположную сторону только затем, чтобы через полчаса вернуться на описанный выше перекресток. Клянусь, водитель не знал дороги. За рулем сидел не водила, а бомбила – вот кем надо гордиться: чувак вчера водил шаху, а теперь возит людей в инновационный центр.
 
Подъехав к знакомому нам по картинкам зданию, он остановился не сразу, а сделал еще полтора круга по периметру.
 
Если кто еще не видел, Сколково – это большой плоский барабан, на крыше которого расположены три (поправьте, если ошибаюсь) лайбы. И в барабане, и в лайбах живут, работают и изучают МБА. Сверху на барабане организована беговая дорожка, что мне очень понравилось. В одном месте, видимо, чтоб помочь условному бегуну не сбиться, считая круги, забыт заляпанный известкой какой-то верстак. Может, через него надо прыгать. Может, забыли со времен строительства – прошло-то всего-ничего – пять лет. Может, это одна из инсталляций, которыми школа щедро радовала посетителей в тот день.
 
Среди других инсталляций: висящие камешки и цветочки, надутое яблоко – символ Сколкова, поле трехлитровых банок с васильками и несколько диковин в стиле кубизм. Особо нас потряс стенд с сувенирами, раскрашенными в Сколковские фирменные цвета (сиречь во все имеющиеся яркие): тапки, зонты, авторучки и прочий хлам. Изделия потрясли нас не столько великолепностью и красотой, сколько ценами. Тапки «Сколковские» системы «ни шагу назад» — 5000 недодевальвированных рублей! Поистине, в этих тапках Россия встанет с колен, как минимум, чтоб поглядеть – откуда родом изобретатель сего чуда. Наверное, из Сингапура, у них модернизация очень сильная.
 
Мы не стали соваться в аудитории, оставив без внимания презентацию программы МБА в Шанхае и прочие интересные вещи, зато посетили столовку и Сбербанк. Да-да, там, в Сколкове, внутре, как заяц в утке, сидит Сбербанк. Маленькое уютненькое, пустенькое отделеньице, с интерактивным столиком, телевизорами, блестящими терминалами и ОЧЕНЬ вежливым персоналом. Это был первый день работы отделения и мы отдыхали душой, чувствуя себя не как в Сбербанке, а как в ресторане Пушкин. Казалось, еще немного, и улыбающиеся тетки станут обращаться к нам «сударь» и «сударыня» (чего я, как некоторые знают, не приемлю). Мы пожелали им успехов, а Сбербанку – равняться на них во всем. Получили в награду ручку и блокнот.
 
Столовок в Сколкове, кажется, много. Мы пошли в самую большую. Еда как еда – по-московски невкусная и дорогая. Плотные коротко стриженые парни в костюмах были разбавлены затрапезными товарищами типа нас, набежавшими попробовать инновационных пельменей. Мебель, стены, окна и дыры в потолке – всё цветное и угловатое, смесь торгового центра на Красносельской и детского садика. Поедая принесенный с собой пирожок (к нам в то утро приходила мама и притащила вкусностей), я думал: Сколково – оно же типа, первое в ряду. Такое же как, наверное, в свое время Московский универ. Должно ли оно быть таким – с балясинами на крыше и очень невыдающимся объемом полезной площади, или нужно было сделать сугубо конструктивистское здание? Фиг знает. Только вот главный символ модернизации, оскомина управления – это что? Эффективность. Эффективность, это когда дом легко отапливать, там много места для большого числа людей, к нему легко приехать и у него малые энергозатраты. Сколково не создает такого впечатления. Специалисты могут меня поправить.
 
Во время экскурсии по зданию нами был обнаружен очень опасный признак, на который управленцам следует обратить пристальное внимание. В Сколково моют пол. В субботу. Во время экскурсии. Когда куча народу. На этот признак мне однажды указал Ренат, это было в Костроме. Приведу цитату:
 
«В Троицком соборном храме пахнет ладаном, ведутся ли там службы – неизвестно, известно лишь, что по субботам, когда в него набивается побольше туристов, там моют пол. В России всегда моют пол, сказал Ренат. Готов с этим согласиться, — работа дворника не будет заметна, если не будет видно ни дворника, ни грязи. Поэтому в Москве дворники выходят на работу как и все нормальные люди – в 8:30 и весело осыпают прохожих грязью и про себя – матюками».
 
В 4 часа дали очередную инсталляцию. На подиум пригласили парня с армянским именем, но почему-то совершенно не понимающего по-русски. Он что-то долго рассказывал про цветы, а потом сказал ,что придумал супервещь – сделать из проволоки каркас сколковского яблока и прицепит к нему несколько цветков. Это значило что-то очень глубокое. Воздух… все такое. Гораздо больший интерес у нас вызвало раздаваемое шампанское и мы посвятили какое-то время охоте на разносчиков. После этого погуляли по кампусу и сели в автобус.
 
В привезший нас серый тарантас лезть не хотелось и мы сели в другой – красивый и зеленый. Но его водитель нас прогнал и потом мы поняли, что это – для студентов. К слову сказать, студентам Сколково положено носить шарф – оранжевый или лиловый, видимо, в зависимости от степени проникновения в тайну МБА. Некоторые обладатели шарфов были очень молодыми, тем интереснее было смотреть на апломб, с которым они закладывали руки в карманы и раскачивались на носках ботинок, обсуждая что-то сугубо инновационное с коллегами.
 
Обсуждая впечатления, ждали отправления. На вопрос – скоро ли поедет автобус, водитель давал противоречивые показания:
 

  1. Скоро.
  2. Через 15 минут.
  3. Сейчас поедем.
  4. Как скажут – так поедем.

 

    Людей прибывало, время шло, заграничные тетки интересовались Is this going to Moscow? Водила не ехал. Потом он включил мотор и стал делать так: «Ж-ж-ж! Ж-ж-ж!», — как делают маршруточники, приглашая пассажиров скорей садиться. Потом он даже немоного подергал автобус вперед. Уехали спустя почти час. 15 – 30 минутные интервалы запеклись рубцами в нашем сознании.
     
    Потом нам предстояла вялая, томительная толкотня на одноименном шоссе – вечно перекрытом и закупоренном. Время – относительно, поэтому, чтобы дать точную иллюстрацию, поясню: мы вышли из здания в 16:30. У метро «Славянский бульвар» мы были в четверть восьмого. Кстати, где находится это самое метро, водитель тоже не знал.
     
    Часть 2: От модернизации к истокам
     
    Если еще утром нам некуда было торопиться, то вечером повод для этого уже был. На вечер у нас был намечен Сергиев Посад – любый сердцу город гопников и духовного очищения. Именно туда мы сильно не успевали благодаря сугубо эффективной логистике московской школы управления.
     
    Нарастающий накал мелкого раздражения неожиданно потух на рез вокзалах. Ребята, я был очень приятно удивлен, выйдя из метро к Ярославскому, даже сказал долгое «О-о-о!». Все помнят это место: маленькое отражение большого Черкизона. Прямо у метро в любую единицу времени толпились, копошились, торговали, клянчили, воровали, питались, бухали и дрались одновременно не менее трех тысяч человек. Все было заставлено ларьками, столами и бомжами. От этой хитрой площади вдоль путей вела «Тропа орков» — населенная страшными субъектами дорога.
     
    Теперь там цветущий сад. Ребята, там фонтам с Георгием Победоносцем, деревья в кадках и медные вензеля РЖД на асфальте. Есть чему удивиться. Я так понимаю, это случилось после того как РЖД вменили в обязанность не только дороги, но и привокзальную территорию. Молодцы, товарищи РЖД, я много вас ругал в своих пасквилях, но теперь – горжусь! Осталось только узнать – долгий ли у этой лепоты срок годности.
     
    Купили билет и достаточно удачно сели в Александровский паровоз, хотя я и напутал что-то с расписание на сайте. Посад встретил нас темнотой перрона и запахом Макдональдса, теперь его открыли и на вокзале тоже.
     
    Мы тихонько прошли в центр по темным, постепенно застраиваемым мускулистыми особняками улочкам, постояли на Блинной горе, потом отметили Аннушкино ДР в ресторанчике у лавры. Было очень хорошо.
     
    Потом прошлись по ночному Посаду. Город примерно тот же: царство «конкретных» пацанчиков. В ночи они кучкуются по трое-пятеро, сутулясь и расправляя плечи курят по углам, решают какие-то свои вопросы. Ощущение гоповатости Посада возникло у меня уже давно. Кажется, словно люди гордятся, что их город, хоть и не большой, но очень сильно знаменитый и это чувство, наложенное на обстановку тишины провинции и помноженное на близость с Москвой порождает какой-то странный коктейль нагловатости, бесцеремонности и апломба.
     
    Будучи тут прошлой осенью, мы останавливались в гостинице «Ковчег» — какой-то бойлерной, переоборудованной в хостел и интернет-кафе для малолетних любителей Counter Strike. На этот раз я был предельно щепетилен, решено было забронировать комнату в Старой монастырской – очень хорошо отремонтированной, с иголочки, гостинице, немного аскетического, правда, стиля. Зато там не пахнет прокуренными коврами.
     
    Везде висят иконы, на столе в номере – Закон Божий, а на стенах мрачноватые наклейки с крестами и черепами. Тетка регистраторша невзлюбила меня за косуху, а Анютку за то, что у ей фамилия не как у меня. Но на улицу нас не выкинули и плохого ничего не говорили.
     
    Утром пошли в Лавру. Там нововведение – охранники в зеленых жилетах, говорят, что фоткать можно только за деньги. Вздрогнув, вспомнили Сколково, нет ли у патриарха там каких дел? А если много заплатить, то и целоваться на территории разрешат? Мы сказали, что фоткать не будем, благо материала оттуда у нас и без того богато.
     
    У стен как всегда торгуют стандартным набором сувениров – деревянные яйца, капроновые платки, каменные зверюшки, цацки. Толстая импозантная тетка с накрашенными глазами демонстрировала японцам браслет, нацепив его на свою пухлую ручку, склонив голову и приговаривая: «Прелесть!». Японец слово «прелесть» не знал, но сувениры, понятное дело, вещь – необходимая, как потом докажешь, что дальше Иокогамы не бывал? И то по работе.
     
    В церквах венчаются люди. Женихи окружены семинаристами, у всех очень серьезный вид. У невесты – платье до полу и она тоже очень важно этот пол этим платьем подметает. Откуда все это набралось в нас? Вчера еще креститься не умели, а сегодня – все как в кино. При этом я не против обрядов, просто так – удивляюсь.
     
    На той стороне дороги от лавры – маленькая, наполовину спрятанная в овраге башенка, мне захотелось ее посмотреть.
     
    — Вон сюда идем – там лестница к дороге, это же неспроста, там значит – переход.
    — Ну знаешь ли, мысли Росавтодора неисповедимы.
     
    Так и оказалось – большая широкая лестница, поднимающаяся к дороге вела в никуда. Зебры за ней не было. Хочу сказать, что проспект Красной Армии, проходящий по центру Посада – это часть московской трассы и движение чуть более чем полностью такое же как на МКАДе. Переход нали метрах в ста. Хочу отметить, что приоритет пешехода на зебре – недосказан даже в Москве, в других же городах его нет совсем.
     
    Короче, мы там натерпелись. Дальняя сторона остановилась, пропуская нас, а по нашей половине летел мудак на бэхе со скоростью за сто километров. Он не притормозил ни на йоту, вместо этого он стал вилять, чтобы как-то с нами разминуться. В эти мгновенья передо мной пронеслось не только мое детство, но и Анюткино и еще, почему-то, фильм «Список Шиндлера» и книжка про Муму. Я впервые очень испугался дороги. Через минуту после того, как мы ушли с перехода, мы услышали визг тормозов, удар и звук битого стекла. Легковушка везла оконные рамы на крыше. Резко затормозила перед пешеходом. Рамы вылетели и разбились.
     
    Как бы то ни было, до башни добрались живыми. Эта штука называется Пятницкий колодец. Небольшое круглое помещение, в центре – крест, из него льется вода. Заведует всем этим очень хорошая тетка, когда мы пришли, в руках у нее была книга и огурец. Спокойствие и тишина царили там.
     
    Обратно ехали зачем-то на автобусе и, конечно, застряли на Ярославке. В метро я спал и мне, кажется, не снилось ничего. Так обычно бывает, когда счастлив.
     
    Скоро положу пару фоток, приходите посмотреть.

    Комментарии: